Опиум...

Tue, 07 Dec 2010 20:25:00 GMT

У нас, людей московского гламура, есть место близ кремлевского двора,
Где наша креативная натура себя реализует на ура.
Я не любитель культовых и стильных, безумно дорогих и скучных мест,
Где не бывает ужинов обильных, поскольку высший свет у нас не ест;
Я не любитель душных, *вырезано*, порочных мест, где все разрешено;
Я не ездок на дорогих машинах. Я также не любитель казино.
Мне только то и кажется гламуром, что жителей Рублевки бьет под дых,
Не позволяя дуракам и дурам себя пиарить в качестве крутых,
Продвинутых, когда их место - урна. Их пошлая эпоха утекла.
Вот в рюмочной действительно гламурно - поскольку много блеска и тепла.

Здесь, в рюмочных, где горькая сивуха средь кабачковой плещется икры,
Московского негаснущего духа закатывались скудные пиры.
Артист, поэт, скрипач консерваторский, богемные безумцы и врали,
Бульвар Никитский, Малый Гнездниковский тут споры полуночные вели.
Тут уцелели с брежневской эпохи, когда талант еще бывал в цене,
Салат из лука, сельди и картохи и ДСП-панели на стене.
Я с детства бегал в эти заведенья и до упора им не изменю;
Я до сих пор дрожу от наслажденья, припоминая местное меню.
Хлеб бородинский, с чесноком и шпротой; грибки (мы оба любим их с женой);
Графинчик длинногорлый, узкоротый, наполненный, естественно, "Ржаной"
(Иные, старину припоминая, стояли за "Пшеничную" горой,
Но мне милей суровая "Ржаная" да, может быть, "Кедровая" порой).
Курятина, как водится, под сыром, под сыром же - зардевшийся лосось...
Как это сразу примиряло с миром, как вкусно это елось и пилось!
Столы в порезах, стулья вечно шатки, за стойкою стоит уютный гном,
И неизменный фикус в круглой кадке томится перед сумрачным окном.
А по стеклу - привычные потеки негромкого московского дождя,
И сумерки, и темные намеки, и шутки про текущего вождя,
И споры, протекающие бурно, как в сонные застойные года,
И драки - да! Ведь это так гламурно - подраться за идею иногда!

Вот этот мир. Он кажется облезлым, но еле умещается в стишке:
Ведь я забыл яйцо под майонезом и лобио в дымящемся горшке,
Компот из сухофруктов и "Саяны", и чай индийский в чашке голубой,
Но главное - клиенты постоянны, и все имеют право быть собой.
Да-с, господа! И сравнивать неловко ваш модный клуб - и клуб, что здесь воспет.
Здесь истинно гламурная тусовка, поскольку от нее исходит свет.
Омаров нет, и устрицы на блюде пред нами не навалены горой,
Но все мы состоявшиеся люди, особо если примем по второй.
Здесь не дадут угря или дорады, здесь воблу распатронят под пивко,
Но все-таки мы все друг другу рады. До этого вам очень далеко.
Надменные кривя усмешкой губы и золотую карту теребя,
Вы ходите в крутые ваши клубы, чтоб там продемонстрировать себя,
Чтоб бабу поразить, ущучить братца, соперника смутить размахом трат...
А в рюмочную ходят, чтоб надраться, да иногда кого-нибудь кадрят.

У нас в стране, где многое нечестно, где гнемся мы и где имеют нас,
Тут, в рюмочной, единственное место, где за тобой не смотрит злобный глаз.
Как в детстве, здесь уютно и свободно, кичливость тут не принята и лесть -
Короче, можно быть каким угодно, и это, блин, гламур, каков он есть.
Не злобен, не хвастлив и не угрюм он, ему чужды кислотные цвета,
Он в рюмочной таков, каким задуман: свобода, ум, бухло и чистота.
И если даже мы вослед Европам, где нынче воздух распрей накален,
В такие клубы ломанемся скопом, где рюмка водки стоит, как галлон,
Я здесь останусь, на родной Никитской, на Павелецкой, Рижской и Тверской,
В той рюмочной московской общепитской, где мне нальют за то, что я такой.

Темно...

Опиум...